АНОНС | НОВОСТИ | ГАЛЕРЕЯ | БИОГРАФИЯ | СТАТЬИ | КОНТАКТЫ   

ИСКУССТВО ЭПОХИ ВОДОЛЕЯ


А. Рекуненко

Когда высказывается мысль о том, что наша планета и человечество являются частью солнечной системы, из этого логически следует, что жизнь на ней находится под влиянием неких таинственных, мало изученных космических процессов. Они, однако, неумолимы и вездесущи. Сейчас много говорят о грядущей эпохе "Кали-победительница" Водолея, периоде, в течение которого на планету, человечество будет влиять это созвездие, со всеми его особенностями, спецификой и характеристиками. Иначе говоря, все, что известно нам о Водолее-индивидууме, распространится на все человечество как планетарную категорию. Именно эти причины обусловят то новое, генеральное направление в психологии художественного творчества наступающей эпохи, которая продлится примерно 2500 лет.

Но уже сейчас проявляются тенденции, раскрывающие ее приближение. Если взять, например, предсказания тибетского Махатмы, учителя мудрости Джуала Кхула, то выявится такая астрологическая закономерность: благодаря активизации Водолея планета окажется под влиянием фиксированного креста небес-Лев, Телец, Скорпион, Водолей. Возродятся некоторые духовные явления, получившие свое развитие в эпоху Тельца (смежного с Водолеем созвездия). Они будут нести в себе информативную специфику фиксированного креста, связанную с цивилизацией "Спаситель мира" Древнего Египта, в частности, с египетскими мистериями.

Как известно, посвятительные мистерии египтян представляли собой таинство раскрытия сверхчеловеческих, творческих и духовных возможностей. В комплекс средств, способствуюших этому, входили теургические виды искусств. Здесь и теургическое театрально-церемониальное действо, музыка и изобразительное искусство, способствуюшие введению сознания участников мистерий в высшее психологическое состояние духовного подъема, вдохновения. Именно в этом состоянии раскодировались скрытые возможности человеческого мозга, психики. Задача творцов новой эпохи будет обусловлена необратимым процессом возврата к утерянным корневым изначальным прообразам искусства, к его истинному предназначению.

Это порождает целый комплекс проблем как нравственных, так и методологических, как в оценках качества, так и в осознании целей творчества. Актуальнейшей из них, на мой взгляд, является проблема критерия в определении и оценке произведений искусства. Диапозон стилей так велик, что часто у людей создается впечатление, что они "ничего не понимают", что их оценки глупы и ошибочны. Словом, они не в состоянии оценить " новое платье короля". Но как часто получается, что и оценивать-то нечего ! Как не вспомнить здесь самую замечательную сказку, в которой только мальчик - душа, Христово начало, вопреки массовому гипнозу назвал вещи своими именами: "А король-то голый!" Это касается формальной стороны произведения. Еще более важно как можно скорее покончить с эпохой шарлатанства, не впав, конечно, в другую крайность, как бы "гарантирующую" избавление через тоталитарный диктат - "только так, а не иначе". И хотя подлинное искусство и истинное творчество "произрастают сверху" и его задачи в целом несравненно более высоки и обширны и находятся вне проблем формы, тем не менее дьяволизм черного творчества, основанный на богоборческой самовлюбленности, должен быть "пойман за руку".

Стиль, манера определяется мировоззренческой позицией, отношением к миру как к творению Божию, как проявленному физическому телу Божества, реализованному в трансформах видимой нами природы. Как же в таком случае знающий и чувствующий творец может быть неблагоговейным в своем прикосновении к тому, что есть проявленная плоть Бога? Как можно быть в этом случае не любящим, небрежным? Как можно не быть идеалистом в прямом смысле этого слова, имея такое понимание? Приходит на ум образ православного иконописца Андрея Рублева: когда он писал икону, святой образ, вся монастырская братия молилась за него Господу. Мог ли он быть при этом хоть сколько-нибудь расслабленным, безответственным? Никогда! И это для всех нас вечный образец мужества, силы Духа, образец, которому можно подражать, ибо он истинен.

Если говорить о российской эстетической традиции Х1Х века, наиболее нам близкой по своим ценностям и достижениям, то мелодизм в музыке или психологическая точность, правда, характеров на сцене и в литературе, несомненно, являются производной от чувства любви к проявленному миру. Поэтому лучшие образцы русского искусства так ценимы в мире.
Вспоминая это качество, названное мелодизмом и концентрирующее в себе всю отечественную традицию, мы считаем его по существу выстроенным организмом, телом воплощения музыкальной мысли или переживания. Это гармоническая структура, объединившая звуковые элементы в единое целое. Ведь сотворенная Вселенная, как пишет Махатма Джуал Кхул, - это грандиозная, непрерывно звучащая симфония, удерживающая мир в проявлении целостным. Как можно пренебрегать уже раз сотворенными формами (хотя и изменяющимися с течением времени), как можно богохульствовать, грешить, пытаясь конкурировать с Творцом?! Поэтому, наверное, крупнейшими художниками во все времена, и не только художниками, закреплялось это глубоко духовное качество, известное нам как мелодизм, реалистичность, вопреки их перевертышу - натурализму, где господствует только форма. Можно сказать, что высокодуховный человек всегда ищет своей созвучности с этой симфонией, и такое поведение, такой стиль жизни вытекает из сердечной подсказки, требующей этой гармоничности.
Моя собственная, например, сверхзадача, в силу особенностей характера и духовной ориентации, заключается в возрождении внутреннего, сутевого подхода к искусству как к чуду откровения. И к процессу творчества как к транслируемой санкции свыше, состоянию единения с горним через откровение. Именно такой подход мы обнаруживаем у классиков. Искусство не мыслилось ими иначе как только священное, божественное. В этом весь Микельанджело, Бетховен, Шекспир.

Возвращаясь к проблеме критерия оценки творчества или конкретного художественного произведения, необходимо сказать, что в наступающей новой эпохе он будет иным. Есть уже немало представителей нового видения, нового подхода. Он будет заключаться в ОКУЛЬТНОМ ПРОВИДЕНИИ АСТРАЛЬНО-МЕНТАЛЬНОГО ИЛИ СУПРАМЕНТАЛЬНО-БУДХИАЛЬНОГО КЛИШЕ, стоящего за самой работой. Иначе говоря, будет определяться, как выглядит тонко-материальное тело самого произведения, какими программами оно насыщено, с каких энергетических уровней оно создавалось. Кто есть сам автор, и какие уровни и клише он транслирует и воплощает через творчество? Поскольку он сам рождает произведение и "произведение его и есть он сам", мы можем судить и о целях, и о состояниях, и о духовной ценности. Повторяю, что этот метод открыт пока не всем. Истинный оккультист сразу способен установить канал реализации процесса: была санкция свыше, во имя чего и с каких энергетических уровней писалась работа? К сожалению, среди искусствоведов пока не встречается людей, обладающих этим видением. Нужна многолетняя, серьезная посвятительная работа, чтобы такие способности появились.

Предвестниками грядущей духовной эпохи являются уже сейчас некоторые деятели культуры и искусства. Стремление к «угодничеству Божию», а не к человекоугодничеству, породит священное, трепетное отношение к искусству как к Божественной Магии. Ныне же царствующее коммерциализованное наглое черное творчество, ориентированное на демоническую личность, в значительной степени ослабнет.
Личностный принцип, как раковая опухоль, имеет право пожирать все и вся, находясь как бы в центре вещей, центре творения, конкурируя с самим Творцом. Его потеснит Христов подход - смиренномудрие.

В Библии существует понятие вавилонского греха, когда человек наперекор всем законам смирения перед Богом стремиться достичь Его волевым путем. «Достичь, познать» как страшно наказуемы эти действия, нам известно из другого случая, описанного в том же Священном Писании, когда содомляне, желая «освоить Бога», были ослеплены и уничтожены. В наступающей же эпохе будет царствовать эзотерически - христианский метод в творчестве, осуществляющийся через восторг, параллельно которому следуют смирение и покаяние. Учитель Серапис уже сейчас устанавливает священные формы искусств как теургии возвышенного, раскрывающего в человеке его связь с Царством Божиим.
  В этом и только в этом было, есть и будет истинное предназначение искусства, являющего неотъемлемой частью мистериального действа. Это подтверждает пророчество о возобновлении древнеегипетских мистерий, целью которых было введение участников таинств в особое боговдохновенное состояние.

Эти задачи превыше всякого мастерства, тем более ремесла и техник исполнения. Изобразительное творчество как часть глобальной теургии в сплаве с другими ее видами и, главным образом, с сокровенной молитвой - все это веление новой эпохи, эпохи Водолея, руководимой главой всех мистериальных действ - Сераписом.

Даже в случае оснащенности техническими приемами, методами и методиками для любого творца, любого художника, творческий процесс - всегда Божественное таинство, абсолютно непредсказуемое. Перед всеми нами витает задача возрождения тех оккультных методов в творчестве, которые заключаются в оживлении верхних энергетических пластов, в соприкосновении, с которыми обязаны находиться истинные мастера - эзотерики. Человечеству известны мастера древности, являвшие такой метод, в частности, Фидий,позже апостол Лука и другие. Примером такого творчества может служить миф о Пигмалионе, имеющий под собой, абсолютно эзотерическую основу. Вспоминая Рамакришну, оживлявшего статую Богини Кали силой интенсивной молитвы, мы находим подтверждение реальности сказанного. Эти примеры отражают механизм вхождения Божественного Бытия в плотные формы, оживляя и вдыхая в них энергию первоисточника, энергию Духа. Все это образцы творчества высших «художников Бога», явивших самые совершенные образцы его.
Отсюда вытекает и новая эпохальная доктрина творчества - осуществление жизни через внедрение тонкоматериальных структур в изображаемое - по существу души в тело произведения, не имеющее ничего общего с ремесленническим «отражением жизни» гиперреалистов и натуралистов. Форма в этом случае совсем необязательно должна быть натуралистичной, ее главная задача - это энергетическая вибрация, дух, оживляющий форму, что является истинной целью высокого искусства. Это камертон, издающий «ля» той или иной интенсивности духовной надчеловеческой субстанции. Поэтому вводится новое эзотерическое понятие - «звук произведения».
Он и является тем истинным критерием в определении значительности того или иного явления.

И наконец, из всех этих предпосылок и тенденций закономерно вытекает идея НОВОГО ХРАМА, КОТОРАЯ СЕЙЧАС ТОЛЬКО-ТОЛЬКО ОПРЕДЕЛЯЕТСЯ. Она, естественно, будет включать в себя и новую теургию, новый ритуал. Здесь прослеживается глобальный мировой процесс, который должен по космическому закону, Высшему замыслу решить проблему конкуренции и вражды различных религиозных конфессий. Он будет заключаться в последовательной переориентации человечества в его осознании единства по отношению к Творцу, своему первоисточнику, осознанию связи с тонкоматериальными мирами.«У всех людей один Отец» - что можно противопоставить или возразить этому древнейшему изречению, которое к тому же легко подтверждается библейским рассказом о сотворении человека, рас. Солнце, светящее людям разных стран, одно и то же, только его название у разных народов звучит по-разному, что ничего, в сущности, не меняет. Эта общая переориентация по закону обратной связи, в свою очередь, предъявит новые прогрессивные требования к деятелям искусства, желая видеть в них истинных теургов, священников, выражающих высший тип сознания для окружающих, контактирующих с высшими силами, выражая их волю. Вспомним слова Христа: «Не моя, но Твоя Воля да будет». И в этом процессе наша страна должна явиться лидером, ибо такова ее планетарная миссия.

Роль мистериальной картины как пси - резонатора построена на Вибрационной синхронизации психического состояния изображаемого персонажа и сопереживающего зрителя.

Медитирующий зритель через чувство-образ, вызываемый выражением глаз, выравнивает вибрации тонких тел, и все более и более отождествляется с состоянием изображенного. Состояние это - Всегда подлинное свидетельство пережитого Видения( в Большинстве случаев, во сне), зафиксированное в красках.

Этим путем, и это установленный факт, шли Рафаэль в своей «Сикстинской Мадонне», явившейся ему, и Леонардо в его «Иоанне Крестителе».

Значение таких пси-резонаторов заключается в появлении у людей, ищущих психического развития и раскрытия, при входе в состояние отождествления, способности притягивать в свою ауру атомы тонких духовных субстанций. Постепенно аккумулируя их, соискатель получает ш анс «стяжать Духа Святого», как говорят Святые Отцы. В этом, и только в этом предназначение иконы новейшего времени.

Картина «Невеста Агнца» (Апокалипсис, гл. ХIХ) построена по схеме Эго-Альтер Эго. Присутствие надстоящего Высшего дает нам возможность отождествления. Оно осуществляется через благоговейное выравнивание энергий, в которых пребывает Невеста. Это присутствие является атмическим эфиром, поступающим через нить сознания, Антахкару, в мозг, насыщающим его и глаза как «дисплей мозга», а также все центры особым состоянием сверхчувствительности, сверхвидения и интуитивного прозрения. Само прозрение, будучи направленным на любой объект или явление, дает проникновение в его суть и полную информацию о нем.

Таковы характеристики Атмы или Чистого Духа, которым исполнена Невеста Агнца.





АЛЕКСАНДР РЕКУНЕНКО © ВСЕ ПРАВА ЗАЩИЩЕНЫ